Лето в этом году затянулось. Даже в конце сентября всё ещё хотелось шутить и про 38-е, и даже про 60-е августа. Лишь уход октября дал наконец уверенность в том, что жара ушла, что в паузах между манифестациями можно вздохнуть, осмотреться и убедиться, что Лазурный берег хоть ненадолго погрузился в свою очень поверхностную и неглубокую дрёму.
А это значит, что нужно выбрать террасу, заказать чашку кофе и с этого безопасного места, и уже без страха, оглянуться на ушедшую жару лета и на негу сентября.

Вот уже два века, как мечты и мысли о лете в Ницце, ассоциируются с приятной надеждой. Вот только акцент этой надежды в последние годы сильно сместился: от предвкушения встречи с солнцем, историей, прозрачной синевой неба и лазурью моря, в сторону мечты о более комфортной температуре и меньшей суматошности.

Словно задавая безумную тональность сезону, в самые первые дни июня побережье взорвала легендарная гонка Формулы-1 — Гран-при Монако, отгремевшая четвертого числа.
К концу месяца эстафету перехватила рекордная жара, из-за которой за сорок восемь часов до старта отменили Ironman — культовый триатлон, один из самых жестоких и изнурительных стартов планеты. Весь этот калейдоскоп на фоне лесных пожаров, прошедших по домам и виноградникам соседнего Вара, перемешивался с феноменальным наплывом экономных туристов. Они плотно заполняли пляжи, набережные и отели, но совсем не спешили в рестораны и на прочие платные мероприятия.

Неудивительно, что при взгляде назад из всей этой чехарды, из впечатлений ярко в памяти закрепились лишь двое: изнурительный 32-градусный зной (да-да, в Ницце всё же было попрохладней, чем в остальной Франции!) и выступление Стинга, приехавшего на ежегодный июльский Джазовый фестиваль.

Перебить эти земные радости смогла лишь астрономия, выдавшая нам в августе аж целых два космических рекорда. Сначала — чудесный закат на фоне солнечного затмения, собравшего десятки тысяч зрителей на пляжах и в парках, а через две недели — романтические пикники под багровым лунным затмением для любителей полуночной романтики.

Впрочем, не обошлось и без радостей от наших, земных женщин. Финал женского «Тур де Франс», завершивший этот летний сезон, не мог оставить равнодушными ни мужчин, ни прекрасную половину человечества.

А потом, пока Ницца лениво праздновала 50-летие знаменитого «ограбления века» Альберта Спаджари, криминальная хроника Лазурки не переставала пополнять свои собственные кинематографичные сюжеты.
В портах Антиба элегантные ночные гостьи, хлопая наивными ресницами, очень ненаивно грабили каюты супер-яхт, пока их доверчивые владельцы отвлекались на душ и шампанское. В Каннах продвинутые воры на электросамокатах традиционно срывали с запястий коллекционные хронографы прямо посреди бела дня.
А в Сен-Тропе полиция устраивала безумные погони за очередными «ценителями часового искусства», сорвавшими, так же, из-за любви к прекрасному — Richard Mille за четверть миллиона евро.

Но всё же, нужно быть честным, лейтмотивом сквозь все эти яркие дни и душные ночи снова шла надежда… Надежда на сентябрь и дожди.

Приход очаровательной средиземноморской осени прохладу не принёс. Он просто показал нам идеальное лето, добавив к нему серебро сентябрьского света, играющего в волнах, и лёгкие порывы освежающего, хрустального бриза.

Море всё ещё оставалось тёплым, людей становилось меньше, а красоты — больше. Удивительные сентябрьские закаты тоже уже стали воспоминанием и мечтой.
А впереди — долгожданный, но недолгий ноябрьский покой. Прохлада, редкие дожди, традиционные жёлтые фасады вместо привычного осеннего багрянца и новая надежда. Надежда на то… что следующее лето всё же не будет таким жарким